Аналитический клуб: анализ информации, управление, психология, PR, власть
Аналитический Клуб
 · О проекте
 · Полиси
 · Авторские Права
 · Правила анализа
 · Архив рассылки
 · Контакты
 · ФОРУМ
Библиотека
 · Общие материалы
 · А.Г.Степаненко
 · Что случилось 11 сентября?
 · Сталин и его время
 · Деградация РФ
 · Противостояние: ВОСТОК - ЗАПАД
 · Россия и Китай
 · Социальные кризисы
 · Военное обозрение
 · История и ее авторы
 · Легендарная эпоха
 · Площадь Свободной России
 · Разное
On-Line
 · Nucleus - бесплатные рассылки
 · Русский бизнес-клуб (РБК)
ШЭЛ
 · Дистанционное образование
 · Стоимость обучения
 · Наука лидерства
 · Лекции вводного курса
Счетчики
Общие материалы

Общие материалы

Кто станет новыми большевиками?


Александр Тарасов подметил, что левым публицистам свойственно героизировать себя и своих единомышленников. В отсутствии собственных подвигов проще всего отождествить себя с героями революционного прошлого, приобщившись к их славе. Тогда их жертвы, победы и достижения, становятся как бы нашими собственными. Правда, преступления тоже. Недавно эта тема стала предметом обсуждения на сайте ФОРУМ.мск. Илья Федосеев в короткой статье«Но сегодня – не так, как вчера» сформулировал два простых и понятных тезиса. Радикальные левые авторы, обсуждающие перспективы грядущей революции, неправы, когда пытаются перенсти на 2005 год опыт событий 1917 года. Путин это отнюдь не Николай II, а нынешние левые – далеко не большевики. Вполне возможно, что мы и в самом деле на пороге революционных перемен, однако пойдут они не по сценарию 1917 года, а по совершенно другой логике, которую нам ещё предстоит проанализировать. Потому наши левые активисты похожи на генералов, постоянно готовящихся к прошлой войне. В целом всё очень убедительно и формально верно. Со времен древних греков известно, чем кончаются попытки дважды войти в одну и ту же реку. Однако история устроена гораздо хитрее, чем кажется на первый взгляд. Для того, чтобы разобраться в происходящем, необходимо понимать общую логику, общие закономерности процесса. Генералы вообще-то не так уж не правы, когда готовятся к «прошлой войне». Точнее, у них просто нет иного выбора. Они же всё-таки генералы, а не футурологи. В новой войне побеждает не тот, кто отказывается тратить время на изучение предшествующего опыта, а тот, кто сумел извлечь из него актуальные уроки. Потому-то в военных академиях вплоть до наших дней тщательнейшим образом изучют не только предыдущую войну, но и Наполеона с Ганнибалом. С революциями то же самое. Русская революция, ясное дело, отличалась от французской, а та от английской. Между каждой из них расстояние примерно в столетие. И тем не во всех трех революциях заметна общая логика, схожая последовательность. Именно изучение этого опыта позволило Ленину сформулировать понятие «революционной ситуации», выработать стратегию и тактику, успешно примененную в Октябре 1917 года. И не случайно называл он большевиков «русскими якобинцами». Каждая революция своеобразна, но что-то их объединяет, иначе не назывались бы они одним общим словом. Это общность исторической динамики, политическая логика процесса, который начинается с кризиса верхов и радикализируется по мере того, как в политическую борьбу сознательно вмешиваются всё более широкие массы. Эту логику не отменяет течение времени. Ей подчинена любая революция,точно так же как современный «Боинг» и аэроплан братьев Райт основаны на одних и тех же принципах механики, хотя на технологическом уровне являются совершенно разными системами. Идеологически и эстетически каждая новая революция апеллирует к образам прошлого. Англичане в XVII столетии, за неимением лучшего обращались к библейским персонажам, французы, как известно, примеривали тоги античных героев, а деятели русской революции на первых порах стилизовались под французов (от якобинцев перекочевала в наше отечество почти вся революционная лексика – не только «комитеты» и «комиссариаты», но также «красный террор» и «враги народа»). Легко догадаться, что новая русская революция будет неизбежно восприниматься сознанием левых через аналогии с 1917 годом. Другого способа просто нет. Аналогии могут помочь нам понять сегодняшний день, хотя могут и запутать нас. В любом случае, сами по себе они не являются аргументами в споре. Но и не заметить их невозможно. А если внимательно посмотреть на складывающуся сегодня ситуацию, некоторые параллели с 1917 (точнее с 1916) годом просто бросаются в глаза. Прежде всего это относится к расстановке идеологических сил на левом фланге. Как известно, в преддверии Великой русской революции левая оппозиция разделилась на три лагеря. На правом фланге оказались так называемые «оборонцы», готовые поддержать царский режим во имя «защиты Отечества». Любые политические и социальные требования отбрасывались до лучших времен. Победа российского государства над внешним врагом объявлялась главной и на данный момент единственной задачей, все те, кто думал иначе – врагами и предателями Родины. То, что реально существующее российское государство неспособно было кого-либо победить и поддержка его лишь продлевала агонию страны, оставалось недоступно их затуманенному национализмом сознанию. Второй группой оказались, по определению Ленина, «мелкобуржуазные демократы с почти социалистической терминологией». Люди, верившие, что возможна и необходима демократическая революция, но не понимавшие или боявшиеся понять логику революционного процесса. Они готовы были свергать царя, искренне считая, что на этом исторические задачи общественного переворота будут исчерпаны, а социальная система встанет на путь естественной «прогрессивной эволюции». Наконец, на самом левом фланге оказались «новые якобинцы» (большевики и часть радикальных народников), понимавшие, что начавшись как политический переворот, революция либо станет социальным переворотом, либо потерпит поражение. Как говорила Роза Люксембург, локомотив не может остановиться посреди подъема. Он может либо добраться до верхушки склона, либо упасть. В основе радикального прогноза Ленина и Троцкого лежала, однако, не только аналогия с французской и английской революциями, но и их анализ текущей расстановки классовых сил в России и в мире. В первом случае они оказались полностью правы, понимая, что российская буржуазия слаба, что она тесно и неразделимо связана с самодержавно-помещичьим государством, а потому не сможет ни самостоятельно взять власть, ни тем более удержать её. События 1917 года это полностью подтвердили. В международном плане прогноз Ленина и Троцкого оказался менее точным. Ожидаемая рабочая революция на Западе не состоялась, что в значительной мере и предопределило трагический исход всего «советского эксперимента». Но и в данном вопросе лидеры большевиков заблуждались не так сильно, как порой считают. Ведь революционные взрывы в Европе всё же состоялись – в Германии и Венгрии власть рухнула. Да и во Франции политическая ситуация была крайне накалена. Кто знает, какой оборот приняла бы немецкая революция, окажись среди её лидеров персонажи масштаба Ленина? Вернемся, однако, ко дню сегодняшнему. Левые расколоты на те же три течения, что и 90 лет назад. «Красные путинисты» в точности воспроизводят аргументы «обронцев», только место кайзеровской Германии в их пугалках заняла бушевская Америка. Сходство усиливается, если сопоставить судьбу «отца русского марксизма» Г.В. Плеханова, сделавшегося «оборонцем» и ветерана советского диссидентского движения Роя Медведева, превратившегося из проповедника «критического марксизма» в пропагандиста путинского режима. С ними, в общем, всё ясно. Даже если субъективно кто-то из «красных путинистов» продолжает тешить себя иллюзиями относительно верности социалистическим идеалам, объективно они давно уже являются инструментом самыми заскорузлыми консерваторами, инструментом реакции, примчем реакции черносотенной: избранная ими политическая позиция заставляет их поддерживать и антисоциальные реформы, и репрессии против других левых, не говоря уже о притеснении национальных меньшинств под предлогом борьбы с терроризмом и свертывании демократических свобод. Ведь любая борьба с властью ведет к дестабилизации, работает на руку «враждебных сил», подрывает государство и т.д. Соответственно, какие бы мерзости власть ни вытворяла, у наших героев уже просто не остается иного выбора, кроме как её поддерживать, поскольку они являются её политическими и моральными заложниками. Гораздо более интересны наши, пользуясь ленинским термином, «мелкобуржуазные левые» или, в современном понимании, либеральные радикалы. По форме своих выступлений они могут выглядеть ужасно революционными. Власть они ненавидят и готовы с ней решительно бороться. Только вот смысл и цели этой борьбы им самим не вполне ясны. Зато они очень хорошо понятны лидерам либеральной оппозиции: действующую власть необходимо свалить, но дальше ни шагу. Торжество демократии не предполагает каких-либо социальных перемен. Напротив, победившая буржуазия кровно заинтересована в том, чтобы остановить революционный процесс. Радикалы, как ни странно, в этом вполне согласны с либералами. В этом плане весьма показательны заявления Эдуарда Лимонова, который обнаруживает полное отсутствие интереса к социальной борьбе. Предел политического горизонта подобных радикалов это «правильная» на западный манер демократия, при которой заслуженные борцы с путинским режимом получат возможность заседать в парламентах и министерских комиссиях. А может быть (чем черт не шутит) и министерское кресло дадут. Разумеется, не министерство экономики, и даже не образования. Но министерство культуры можно ведь доверить какому-нибудь известному писателю? Либеральная оппозиция апплодирует героизму таких революционеров и готова всегда бороться за их права. Это вопль искренней благодарности. Ведь сама либеральная публика в тюрьму идти не хочет и спины под полицейские дубинки подставлять не собирается. А тут есть вполне пригодный к делу и политически не особо требовательный человеческий материал. Не удивительно, что идеологи демократических радикалов на левом фланге вышли по большей части из сферы искусства и литературы. Ведь в самом деле, на эстетическом уровне любой либеральный оппозиционер выглядит гораздо симпатичнее нынешних начальников (что, впрочем, нетрудно). Но если отрешиться от эстетики, станет ясно, что с классовой точки зрения разница между нынешними чиновниками и карьеристами из либерального лагеря как между чертом зеленым и чертом розовым. Наконец, есть группы и течения, составляющие костяк формирующегося Левого фронта. Пока ещё организационно очень рыхлая, но идеологически всё более консолидирующаяся масса. Суть её позиции, при всех поправках на изменившуюся эпоху, та же, что у большевиков прошлого столетия. Демократическая революция необходима, но она является не более чем ступенькой, начальной фазой для социального переворота, который и является нашей целью – не в отдаленном будущем, не в абстрактной исторической перспективе, а непосредственно в ходе развертывающейся сегодня борьбы. Именно поэтому совпадение в критике антидемократических мер нынешней власти не является для нас основанием для организационного сотрудничества с либералами. Наше видение перспективы перемен и наши цели в процессе общественных преобразований не просто разные, а противоположные. Они хотят при первой же возможности остановить процесс, а мы развивать его. Их устроит даже какая-нибудь компромиссная версия «операции наследник» с заменой Путина каким-то умеренно-либеральным чиновником из его же собственного окружения и под его же собственным патронажем (представляю себе в этом случае горе «красных путинистов»). Нас же не успокоит даже самая радикальная смена начальников, если за этим не последует изменения системы. В общем, если Ленин, сравнивая французский опыт с отечественным, называл большевиков «русскими якобинцами», то мы имеем все основания называть себя «современными большевиками» (с ударением на первое слово, если кому-то так больше нравится). По большому счету, конечно, важны не позиции политических течений, а объективный расклад общественных сил. С этой точки зрения, наши нынешние дискуссии могут показаться не слишком важными. Ведь независимо от того, кто кого переспорит, предсказать будущее развитие событий не представляет большого труда. Социально-политическая ситуация будет дестабилизироваться. Причем произойдет это совершенно независимо от усилий левых и даже от стараний либеральной оппозиции. Ничего не изменят ни иностранные субсидии правозащитникам, ни многомиллионные затраты на проведение семинаров для прокремлевского движения «Наши». Беда власти в том, что она сама внутренне расколота, в ней идет непримиримая борьба группировок. А власть, лишенную внутреннего единства в условиях кризиса спасти не может ничто. С такой же точно степенью вероятности можно предсказать, что на определенном этапе кризиса какая-то из либеральных группировок сумеет зацепиться за руль. Не важно, будут ли это официально провозглашенные оппозиционеры или выходцы из самого же Кремля. Первые, оказавшись в начальниках, немедленно умерят свой критический пыл, а вторые, подавляя сопротивление своих недавних коллег-соперников по власти, начнут критиковать проклятое прошлое с таким пылом, как будто провели его не в правительственных коридорах, а в застенках тайной полиции. Опыта по части политического хамелеонства российским функционерам не занимать! Но что будет дальше? Это и есть самое важное и самое интересное. Ведь массовое недовольство властью вызвано именно её социальной политикой. Следовательно, и массовые выступления с требованием пересмотра социального курса не прекратятся. Больше того, в условиях политической неустойчивости наверху подобные выступления низов могут только развернуться с ещё большей силой. И противостояние будет продолжаться до тех пор, пока не призойдет одно из двух: либо либералам удастся подавить массовое движение, либо массовое движение снесет либералов. И исход этой борьбы в большой степени зависит от того, в каком состоянии будет находиться левое движение. Если оно консолидируется, если Левый Фронт сложится, если, наконец оно сможет использовать кризис власти для укрепления своих позиций – тогда шансы на успех выглядят очень даже неплохо. Приходится повторять снова и снова: российский капитализм авторитарен не потому, что чиновники коррумпированы или государственные традиции заимствованы из Византии. Не в советском и византийском прошлом надо искать объяснение, а в нашем капиталистическом настоящем. Государство авторитарно из-за того, что буржуазия слаба. Это было фактом в 1905 году, это оставалось фактом в 1917 году, и тем более это является фактом в 2005 году. Более того, сегодняшняя наша элита даже слабее, чем во времена царизма. Если она и успела пустить корни в обществе и накопить «законный» капитал, то совершенно не в тех масштабах, что отечественные предприниматели прошлого. Без бюрократии и полиции отечественный капитализм не выживет. Однако сегодня возникла ситуация, когда значительная часть либеральной элиты объективно оказывается в положении людей, которые энергично пилят сук, на котором сидят. Логика политического соперничества на короткий миг оказывается сильнее чувства социального самосохранения. Этот миг надо использовать. Раскол верхов – важнейшее условие перемен. Ленин прекрасно понял это, поставив данный признак на первое место в описании революционной ситуации. Когда верхи консолидированны, а государственный репрессивный аппарат находится в безупречном порядке, даже самая передовая революционная партия свалить власть, а тем более изменить систему не сможет (кстати, именно в восторженной поддержке репрессивно-силового аппарата проявляется реакционная сущность «оборонцев» и «красных путинистов»). Слабость буржуазии предопределяет несовместимость либерального общественного проекта с демократией. Раскол власти, возникающее у нас на глазах противостояние «силовиков» и «либералов» дает обществу исторический шанс избавиться и от тех, и от других. Есть и ещё одна составляющая нашего уравнения, о которой почему-то предпочитают забывать. В каком состоянии находится мировая экономическая система. Похоже, российская общественность, перекормленная в советское время порочествами о грядущем крахе капитализма, сегодня представляет себе западное буржуазное общество как нечто безупречно стабильное. На самом деле тучи на горизонте явно сгущаются. Капиталистический мир вступает в полосу нестабильности. В странах Латинской Америке разворачивается всеобщее восстание против неолиберального порядка. Европейские левые и рабочее движение постепенно приходят в себя после катастрофических поражений, пережитых ими после распада Советского Союза. Лидеры социал-демократии, перешедшие на неолиберальные позиции, на глазах утрачивают контроль над профсоюзами и над рядовыми членами собственных партий. Референдум во Франции был лишь «первым звоночком», за которым несомненно последуют новые политические сенсации. В таких условиях перемены, происходящие в России становятся частью мирового кризиса. Ленин с Троцким, видимо, переоценили международный фактор, но с такой же вероятностью можно предположить, что современные российские левые его недооценивают. Предстоящие события расставят всё на свои места. Каждому предстоит сыграть свою роль. Но для того, чтобы сыграть свою роль хорошо, надо её понять. Не тешить себя иллюзиями, но и освободиться от заблуждений. А потому уроки революций прошлого для нас становятся чрезвычайно важны. Мы не должны повторять ошибок, совершенных нашими предшественниками, но обязаны использовать их опыт.

Кагарлицкий Борис / ФОРУМ.мск
Дата опубликования: 06.06.2010


Понравилась статья?

Размести ссылку на нее у себя в блоге или отправь ее другу
http://analysisclub.ru/index.php?page=schiller&art=2077"


Ключевые слова статьи "Кто станет новыми большевиками?" (раздел "Общие материалы"):

Россия революция большевики история буржуазия либералы левые

Семинары

ВЕСЕННЯЯ АКЦИЯ ШЭЛ


Предзаказ записей
семинаров


3-4 июня в Санкт-Петербурге
МАГИЯ БЕЗ МИСТИКИ:
коллективное бессознательное
 и управление реальностью
семинар Е.В.Гильбо


10 июня МОСКВА 
БИОЭНЕРГЕТИКА:
рефлексотерапия своими руками
практический семинар Е.В.Гильбо


11-12 июня МОСКВА 
УСПЕШНЫЙ БИЗНЕС
И ЖИЗНЕННЫЙ УСПЕХ

в эпоху мирового кризиса
семинар Е.В.Гильбо


10 июня НОВОСИБИРСК 
СТАЛЬНЫЕ ШПИЛЬКИ 

11 июня НОВОСИБИРСК 
СТАЛЬНЫЕ ЯЙЦА


26-31 августа
СМОЛЯЧКОВО(С-Петербург)
летний лагерь КЭЛ
ВОСХОЖДЕНИЕ В СИЛУ:
искусство быть везучим

30 последних статей
01.06.2014
Кто с кем и за что воюет на Украине?
22.02.2014
Лев Гумилёв и Министерство обороны СССР
30.01.2013
Карта дня: Антисемитизм в Германии «передаётся по наследству»
10.01.2013
"Шведская" семья идеальна для здоровья
26.11.2012
Берия
26.08.2012
Ваучер: 20-летие жёлтого билета
13.08.2012
Государство диктатуры люмпен-пролетариата
06.08.2012
Исповедь экономического убийцы
20.06.2012
К программе Нетократической Партии России
11.06.2012
Дело Тухачевского
15.05.2012
Скандинавский социализм глазами норвежца
23.04.2012
Речь Андреаса Брейвика на суде
30.01.2012
Измена 1941 года
28.12.2011
М. Делягин. Глобализация -16
27.12.2011
Постиндустриальное общество (выдержки из книги Иноземцева) №18
26.12.2011
Россия на перепутье – 14
25.12.2011
Первый после Бога
25.12.2011
Частные армии
25.12.2011
О философичности российского законодательства и неразберихе в умах
23.12.2011
Мифы совкового рока
23.12.2011
Аналитики о перспективах России
23.12.2011
Территориальные претензии Финляндии к России
22.12.2011
Марго и Мастеришка
22.12.2011
По следам маршей
22.12.2011
Смерть нации
22.12.2011
Война судного дня
21.12.2011
Новое Утро Магов
21.12.2011
М. Делягин. Глобализация -15
20.12.2011
Путин как лысая обезьяна
20.12.2011
Перес помогает антисемитам переписывать историю Холокоста


Аналитический Клуб - информационный анализ и управление
[информация, психология, PR, власть, управление]


Copyright © Евгений Гильбо 2004-2017
Copyright © Алексей Крылов 2004-2017
тех. служба проекта

time: 0.0124199390411