Аналитический клуб: анализ информации, управление, психология, PR, власть
Аналитический Клуб
 · О проекте
 · Полиси
 · Авторские Права
 · Правила анализа
 · Архив рассылки
 · Контакты
 · ФОРУМ
Библиотека
 · Общие материалы
 · А.Г.Степаненко
 · Что случилось 11 сентября?
 · Сталин и его время
 · Деградация РФ
 · Противостояние: ВОСТОК - ЗАПАД
 · Россия и Китай
 · Социальные кризисы
 · Военное обозрение
 · История и ее авторы
 · Легендарная эпоха
 · Площадь Свободной России
 · Разное
On-Line
 · Nucleus - бесплатные рассылки
 · Русский бизнес-клуб (РБК)
ШЭЛ
 · Дистанционное образование
 · Стоимость обучения
 · Наука лидерства
 · Лекции вводного курса
Счетчики
Взаимоотношения РФ и КНР: вчера, сегодня, завтра

Взаимоотношения РФ и КНР: вчера, сегодня, завтра

К РУССКОЙ ИДЕЕ


1. Нация как объективная реальность, целое, идея
В попытках объяснить факт разделения человечества на нации и сущность последних доминирует точка зрения, сводящая их к явлению исключительно социальному, культурному, биологическому - назовём обобщённо этот подход культурно-биологическим. В этом ряду можно вспомнить марксистско-ленинское определение, ограничивающее феномен нации общностью языка, территории и экономики. Можно вспомнить что-то из серии утверждений об общности исторической судьбы. Для кого-то важно вычисление биологического сходства, для кого-то система экономических отношений и так далее и тому подобное. Ущербные, поверхностные, приземлённые теории, фиксирующие лишь некую форму или результат творчества, приводят к ущербным выводам и в конечном счёте к плачевным для судеб самих наций результатам, ибо именно эти выводы служат фундаментом национальной идеологии. При этом все обходят вниманием духовную сущность, духовные истоки, под которыми я подразумеваю мир, где душа обретает человека и откуда она проистекает. Научно-популярные доводы, которыми многие пытаются обосновывать национальную уникальность, сформулировать и доказать священные права наций на существование и развитие, практически обесценивают само понятие нации и обезоруживают всякую национальную идею. Концентрируя внимание на биологических или социокультурных различиях, малограмотные сторонники национальных движений, в частности русского, демонстрируют слабость своих аргументов. В свою очередь подобная ущербная исходная позиция националистов даёт основание их противникам отрицать важность национальной уникальности. Таким образом, глубоко верная, более того, священная идея оказалась заложницей неумелых защитников и жертвой недобросовестных противников.

Разумеется, всякая, даже самая истинная идея нуждается в защите. Лобачевский собственными силами не сумел доказать современникам верность своей неевклидовой геометрии. Много позже доводы другого учёного - Бельтрами, заставили науку посмертно признать правоту идей великого геометра. Так же и всякая идея, будь то законы классической механики Ньютона или теория неврозов Фрейда, не будет ни известна, ни признана без сильной и убедительной защиты. Национализму русскому в этом смысле крайне не повезло. Имея вместо достойных защитников поверхностных педантов либо попросту невежественных горлопанов, идея национализма оказалась беспомощной перед грандиозной махиной политической пропаганды и банального невежества.

Поставить себе целью дать веское и глубокое обоснование национализма означает, в сущности, лишь отдать этой идее должное, реабилитировать русский национализм. Задача сложная, кто-то, вероятно, назовёт её претенциозной. Однако вдохновляют и, если угодно, придают смелости в этом начинании, во-первых, давно назревшая (если не сказать больше - уже перезревшая) насущная необходимость для России прояснить наконец замутнённую различными пропагандистскими выдумками идею русского национализма и, во-вторых, очевидная неполноценность и ограниченность существующего в России подхода к национальному вопросу. Что касается судьбы национализма в общемировом масштабе, то у него более благодатная судьба. Европейский национализм едва ли ослабил свои позиции на политической арене, несмотря на все издержки превратно истолкованного унитарного гуманизма, опасность которого в полной мере Европе ещё только предстоит узнать и испытать на себе. Впрочем, космополитическая общечеловеческая мораль является вполне понятным бегством в противоположную крайность после тех варварских преступлений, что ещё недавно были совершены под лозунгом до неузнаваемости изуродованной национальной идеи. Тем не менее европейский национализм сохраняется в куда более важной сфере - в душах и сознании, более того, в миросозерцании представителей этих наций, что выражается в их национальной гордости и достоинстве, священном пиетете к своей истории, культуре и земле, в верности традициям, и, как следствие, он явно или подспудно влияет на политику европейских государств. Национализм в Европе - это уже усвоенная система, которая доминирует в политической сфере, но которая просто не всегда демонстрируется. Она относится к разряду неписанных правил и истин, не нуждающихся в комментарии, подобных тем, что нельзя ходить голым по улицам и есть сырое мясо. В России идейного национализма как такового нет. Есть плачевные подобия национал-патриотических групп и партий на политическом уровне, но нет русского национализма в массовом, общенациональном масштабе, потому что его нет в сознании русских людей, он вытравлен оттуда, хотя продолжает жить глубоко в душе, в подсознании, как всякое священное начало. И он не проснётся или же проявится в уродливом виде, если вместо того, чтобы обратиться к национальным чувствам людей, объединённых одной душой - душой нации, сегодня забитой и забытой, нынешние национальные движения будут по-прежнему придерживаться ущербного научно-популярного подхода.

Формальный подход, который с полным основанием можно ещё назвать бюрократическим,- рудиментарное наследие времён идеологического насилия над душой, разумом и духом советского гражданина, а до этого подданного Империи. Такой взгляд непозволительно упрощает саму проблему, обкрадывает жизнь, лишая человека знаний о высшем и священном и, как следствие, стремления к нему. А это в свою очередь лишает нацию в целом и каждого из её представителей, в частности, возможности осознать свой истинный путь и идти по нему. Проиллюстрировать формальный подход к проблеме национальной идентичности можно легендой о философском споре Платона и Диогена Лаэртского, согласно которой в ответ на данное Платоном в "Государстве" определение человекаЮ как "двуногого существа без перьев", Диоген принес на лекцию великого философа ощипанного петуха и сказал: "Вот человек Платона". Подобной "платоновской" аргументацией, основанной на некоторых исторических, анатомических и изредка психологических деталях, оперируют и те, кого, считаю, можно именовать формальными националистами. Дискредитация русского национализма в этом случае неудивительна. Для его реабилитации, однако же, мало будет предъявить петуха. Необходимо раскрыть самую суть и преставить её в возможно более доходчивом виде, несмотря на то, что её природа весьма далека от понятий логики и рассудка, как далеки от них природа мира и суть самого бытия.

2. Человек узнаёт о священном
Желая раскрыть самые основы, уже не надо опасаться упрёков в иррациональности и сверхъестественности своих доводов и тезисов. Основа иррациональна всегда, но лишь постольку, поскольку ratio, разум человека, не способен её постичь. Суть сверхъестественна всегда, но потому только, что естественные для человека средства познания - это доступные ему средства. Всё, что превосходит его сиюминутные знания и возможности, определяется как сверхъестественное и потустороннее, метафизическое, эзотерическое или трансцендентальное. Эти термины всё чаще вызывают в людях недоверие и скептицизм, но лишь потому, что раздражают интеллект человека недоступностью того, что скрывается за ними. Однако же, несмотря на это мы признаём вне зависимости от отношения к внемирскому, сверхъестественному, существование некоего Священного. Можно утверждать: нет человека, который не признаёт священное, "Даже современный мир весь пронизан скрытой апелляцией к божествам, духам, предкам, усматривание связи с ними или присутствие их в настоящем - характерная черта не только собственно мифологии, но мифологического компонента в общественном и индивидуальном сознании,- выражает присущую человеку склонность к мифологизированию, в чем бы она ни проявлялась: в суевериях, приметах, в традиционных праздниках; в посещении мемориальных музеев, в праздновании дат рождения-кончины "культурных героев"; в знаменах, гимнах, символах державности" - пишет Эрих Нойманн в книге "Глубинная психология и новая этика. Человек мистический".

"Человек узнает о священном потому, что оно проявляется, обнаруживается как нечто совершенно отличное от мирского" - заключает в своей книге "Священное и мирское" Мирча Элиаде, философ и историк, философия которого обращена к истокам религий. Он также предложил для объяснения того, как проявляется священное, термин иерофания (hierophanie), который выражает лишь то, что заключено в нем этимологически, т. е. нечто священное, предстающее перед нами. "Пожалуй, история религий, от самых примитивных до наиболее изощренных, есть не что иное, как описание иерофаний, проявлений священных реальностей. Между элементарной иерофанией, например проявлением священного в каком-либо объекте, камне или дереве, и иерофанией высшего порядка, какой является для христианина воплощение Бога в Иисусе Христе, есть очевидная связь преемственности. И в том и другом случае речь идет о таинственном акте, проявлении чего-то "потустороннего", какой-то реальности, не принадлежащей нашему миру, в предметах, составляющих неотъемлемую часть нашего "естественного" мира, т. е. в "мирском" - продолжает Элиаде. Трудно не вспомнить здесь слова Фридриха Ницше: "кто не живёт в возвышенном, как дома, тот воспринимает возвышенное как нечто жуткое и фальшивое". Девальвация слов не должна становится препятствием для выражения и постижения смысла, и далее мы, то и дело, будем использовать вышеупомянутые определения в надежде на способность читателя преодолеть предубеждение к ним. Однако, дабы при обозначении божественного и священного не привязывать читателя к определённым стереотипным представлениям из области сакральной терминологии, я считаю необходимым вслед за учеными и мыслителями 20-го столетия, чьи работы вошли в библиографию этой книги и чьи идеи были использованы здесь в качестве авторитетнейшей аргументации, применять более широкий и точный термин numineuses (от латинского numin - бог, отсюда numineuses - можно определить как влияние, воля богов), предложенный немецким теологом Рудольфом Отто. Давая оценку иррационального опыта, Элиаде констатирует в начале своей книги "Священное и мирское": "Отто определяет эти опыты как numineuses (от латинского numin - бог), т.е. божественные, так как все они вызваны открытием какого-либо аспекта божьей силы". Исходя из этого, я предлагаю принять в качестве фактора нуминозную силу. Тот же, кто, по неспособности воспринимать нуминозную сторону бытия, питает ко всему метафизическому некоторое пренебрежение, не имеет возможности понять аргументацию и логику этой книги, а значит, вообще постигнуть суть национального в его духовном аспекте.

3. От заблуждений к истокам
Только осмысление духовных истоков, надмирской подход может дать представление о национализме как таковом, предъявить национализм как объективную реальность во всей её целостности и по-настоящему обосновать это явление, то есть понять его основы. Все прочие обоснования, как, то: антропологические, социокультурные, исторические и т.п. - лишь сухие абстракции, вторичные частности, искусственно раздутые до полноценных завершённых идей, следствия, ошибочно возведённые в ранг причин. Национальной общности, действительно, во многом сопутствует, к примеру, общность религии, но ни в коей мере вероисповедание не определяет и не обуславливает национальность. Да, мировоззрение, основанное на одном из культов, глубоко укоренено в коллективной душе всякого народа. Несмотря на почти вековой насильственный атеизм и безбожную идеологию, русская нация во многом опирается на христианскую систему ценностей. Но это отнюдь не значит, будто определения "русский" и "христианский" синонимичны. Во-первых, под тысячелетним культурно-историческим наследием христианства в русской душе лежит языческая вера. Она похоронена в бессознательной глубине, но заявляет о себе подспудно. Христианство в этом контексте не религиозное, не мистическое начало, а скорее светское, несущее в себе некую нормативную базу моральных ценностей, общих для многих народов. Ещё более безумно ставить знак равенства между русским и православным, особенно имея в виду институциональную форму - РПЦ или, например, Старообрядческую церковь. К вопросу о православии и христианстве мы ещё вернёмся - эта тема заслуживает отдельного рассмотрения и важна для всестороннего понимания идеи русского национализма. Во-вторых, религия как система мировоззрения не национальна вообще, и отчасти она сугубо личное дело. Великий русский писатель Чаадаев не перестал быть русским от того, что исповедовал католическую веру, англичанин Лоуренс Аравийский не стал арабом, приняв ислам; ни один еврей никогда не признает певицу Мадонну еврейкой, даже если она выучит всю Тору наизусть и пройдёт гиюр. К какой национальности следует причислять Фридриха Ницше, вовсе заявившего, что Бог умер? А в-третьих, все вороны чёрные - это так. Но не всё чёрное - обязательно вороны.

Тоже не лишено смысла, но далеко от истины предложение определять национальность по языковому принципу. Целая наука, этногерменевтика, изучает специфику национального восприятия мира на основе языка, исследует языковые наивные картины внутреннего мира человека, анализирует этноспецифику, то есть менталитет носителей данного языка. На лингвокогнитивном уровне язык формирует внутренний мир личности, его мировоззрение и самоощущение. Представители этой науки пишут: "Ментальность - это миросозерцание в категориях и формах родного языка, соединяющее интеллектуальные, духовные и волевые качества национального характера в типичных его проявлениях". "Язык воплощает и национальный характер, и национальную идею, и национальные идеалы, которые в законченном их виде могут быть представлены в традиционных символах данной культуры". И всё же язык и нация не тождественны. Многие филиппинцы говорят и думают на испанском языке, но от этого они не стали испанцами. Ирландцы и шотландцы говорят только на английском, но не стали англичанами. И таких примеров множество. Они настолько наглядны и банальны, что нет смысла углубляться в опровержение языковых теорий. Мыслит человек понятиями родного ему языка, с которым он вырос, понятного, но душа его подчинена иным, не лингвистическим законам, она чувствует, болит и радуется не на словах. Далеко не всегда движения души соответствуют ходу мыслей, ещё реже могут быть ими исчерпаны и объяснены. Поэтому, если кто-то в силу обстоятельств говорит и думает на языке своих сограждан, но не предков, в душе он всё равно будет слышать национальные мотивы родного народа, зов своих пращуров. Тем более история человечества знает немало примеров, когда этнос утрачивал свой язык, переходя на другой, в том числе и на язык своих поработителей, угнетателей, тем не менее сохраняя и даже укрепляя самоощущение национальной идентичности. Ирландцы, евреи, филлипинцы - наглядный тому пример. Правда, после создания своего государства евреи всё же предпочли вновь изучить язык своих предков, но опять же, утилитарные причины или мотивы внешней самоидентификации не сыграли здесь никакой роли, причины этого были совсем иного характера, о чём я скажу позже.

Особняком стоит кровное родство представителей этноса, единство происхождения, определяющее доминантный национальный генотип. Происхождение от кровнородственной группы всегда лежит в основе любой нации, но со сменой поколений, ассимиляций и смешений с другими этносами этот фактор, сохраняя своё значение в качестве нити, связующей все поколения нации, не даёт ответа, почему сын немки и русского считает себя немцем или наоборот русским. Что движет теми людьми, которые, несмотря на наличие среди их предков представителей тех или иных этносов, ощущают себя абсолютно русскими, ирландцами, шведами, евреями, венграми и так далее. Но и в этом случае, хотя само кровное родство должно быть практически обязательно, хотя бы через одного из родителей и дальше, хотя бы по одной веточке, тем не менее, могут быть редкие, но исключения. Да, кровь есть одно из связующих звеньев, но её роль, как показывает история всех народов, совсем не зависит от того процента, доли национального, что течёт в жилах того или иного представителя этноса. Важен сам факт - Пушкин и Лермонтов несли в своих жилах, кроме русской, иную кровь: один - эфиопов, другой - шотландцев, но кто как не они истинные русские творцы? К вопросу крови мы ещё вернёмся, однако уже упомянутые общеизвестные моменты показывают, что кровь достаточна как связь, но на самом деле она лишь передаёт нечто, выходящее за рамки материального понимания. Также и утрата индивидом связи со своим народом опять же не определяется кровью; можно найти массу примеров, когда индивид со стопроцентно русскими предками являет собой пример бездушного к своему народу космополита. Особенно богата такими примерами советская история. Зримое подтверждение этому - наполненные русскими руководящие кадры ВКП(б) - КПСС, под руководством которых обескровливалась Россия, когда жизненная энергия русского народа, его ресурсы, перекачивались в туземные окраины.

Таким образом, исторический, социокультурный, антропологический, генетический, религиозный, лингвистический, политический и территориальный подходы достойны внимания, но только если считать их тем, чем они являются - элементами объективации, частными проявлениями некоего целого, но не пытаться растянуть их до масштабов универсального принципа - они непременно лопнут и пойдут по швам. Но и в сумме своей, собранные все вместе, они не являют нацию как целостную сущность. Подобное "кусочничание" никогда не даст удовлетворительного результата, ибо, как писал Карл Ясперс, "целое не сводится к сумме частей, а представляет собой нечто большее". Целое является категорией духовной, трансцендентальной, которая в вещественном, мирском пространстве существует через посредство тех или иных отдельных проявлений. Совокупность этих проявлений, их простое перечисление не даёт никакого представления о целом, а остаётся лишь констатацией разрозненных фактов. Целое - это идея, и, желая постичь русскую национальную идею (а она, заметьте особо, существует самым что ни на есть реальным образом, вовсе не являясь вымученным плодом чьего-либо маркетологического или политиканского воображения), нужно проникнуть в ту сферу, где она пребывает,- в область божественного пространства, в трансцендентальную, нуминозную область бытия, всегда присутствующую за видимой предметной действительностью и обуславливающую течение событий и положение вещей в таковой. Поэтому истоки национального нужно искать, в первую очередь, в духовном измерении, в мире, о котором нам приносили весть Иисус Христос, Будда, Магомет. И до них древние народы, в том числе и наши предки, ведали об этом мире и явственно ощущали то, что мы называем нуминозной силой. И сегодня наш мир не оставлен ею - она пребывает с нами, отражаясь в явлениях вещественного мира, среди которых нация - одно из наиболее ярких. Это я и попытаюсь доказать.

4. Мир божественный - исток национального
Сверхъестественная, духовная, священная сущность мира в полной мере никогда не постижима, но она свидетельствует о себе в предметах и явлениях вещественной действительности. "Всякое бытие - это творение, а творению предшествует дух, о котором оно свидетельствует",- писал Манн в своей философско-психологической трилогии "Иосиф и его братья". Именно эти свидетельства, проявления священного в мирском пространстве Мирча Элиаде называл иерофаниями. Следуя его доктрине и согласным с ней тезисам другого не менее выдающегося французского мистика Эдуарда Шюре, можно сказать больше: сам вещественный мир - это свидетельство божественного творчества и божественной воли. Нужно только уметь эти свидетельства видеть и толковать. "Для людей, обладающих религиозным опытом,- пишет Элиаде,- вся Природа способна проявляться как космическое священное пространство. Космос, во всей его полноте, предстает как иерофания".

Это отнюдь не отрицание современного научного или даже попросту обывательского мировоззрения. И это не попытка противопоставить друг другу нуминозное и материальное, мирское. Наилучшим ответом здесь станет цитата из книги Шюре "Великие Посвящённые": "Смотреть на мир с точки зрения физической и духовной не значит рассматривать различные объекты, это значит смотреть на мир с двух противоположных сторон".

Столь же относительно и противопоставление, соответственно, научного и религиозного взглядов. Само это противопоставление - результат всё той же деградации духовной чуткости. Современная наука параллельна религиозному мышлению, она ни отрицает, ни защищает его. Меж тем она произошла как раз из религии и именно ей обязана своим существованием. В древности религиозные храмы были колыбелью и цитаделью всех научных знаний. В одной из своих функций обращение к сверхъестественному есть призыв к помощи человеку в его земных делах. Именно религиозные вопросы породили и стимулировали научные изыскания и открытия; даже такие изобретения, как порох или компас - лишь побочный результат неудачных религиозных поисков. Сегодняшняя наука - это лишённый сердцевины отголосок герметической мудрости древних религиозных культов. Будучи не более чем разрозненным скоплением фактов, она до бесконечности дробит мир на части, анализирует и препарирует его. Завороженный обилием фактических деталей, человек всё чаще забывает, что наука ровным счётом ничего не знает о природе самого мира в целом, ни о причине, ни об источнике, ни о цели, ни о смысле его существования. Уместно привести здесь слова немецкого психолога и философа-экзистенциалиста Карла Ясперса "Целое нельзя познать, исходя только из составляющих его элементов: либо мы теряемся в бесконечных усложнениях, либо целое оказывается чем-то большим, нежели простая сумма частей".

Разницу между духовным мировоззрением и житейским, потребительским взглядом на мир, как на лишённый целостности и сакрального смысла калейдоскоп исторических и научных фактов и бытовых событий, можно сравнить с разницей между партитурой и музыкальным произведением. Космос - это рождённая божественной музыкальной мыслью вселенская симфония, музыка сфер, как говорил Пифагор. Мировая история, весь видимый вещественный мир - партитура этого божественного rotondо. Но далеко не каждый умеет читать по ней, постигая музыкальную архитектонику Вселенной.

Для физически или духовно глухого, либо попросту несведущего в нотной грамоте человека, партитура - всего лишь разрозненный и бессвязный набор бессмысленных знаков. Для учёного с высокоразвитым интеллектом, но недоразвитой душой эта же партитура - сложная, но не имеющая ни целостности, ни цели система знаков, наделённых значением, но по-прежнему лишённых смысла. И только музыкант или композитор способны по нотным знакам прочесть сакральную тайну мира, услышать горнюю музыку божественного творчества, вселенскую гармонию бытия. И как для музыканта или композитора нотные знаки служат графическими носителями волшебного мира музыки, так для духовного человека явления и предметы видимой действительности - это символы, ключи к истинной реальности, лежащей за пределами возможностей человеческого разума и чувств.

Физиологически человек - обременённое разумом и эгоизмом высокоразвитое животное. Его поистине человеческая сущность - психика - не видна глазу и не имеет для себя ни органа, ни члена. Но именно и только она, невидимая и непознанная область psyche, может напомнить ему о божественной природе его самого и окружающего мира, только божественная Психея передаёт человеку дух, только она способна воспринимать невидимые и неуловимые для человеческих глаз и ушей проявления священного, видеть в обыденных на вид предметах и вещах их сакральное содержание.

Те, кто ограничил своё существование областью физиологических потребностей, от своих меньших братьев отличаются лишь изощрённостью способов борьбы за существование, размножения и добычи пропитания. Однако такое ограничение не столько пагубно, сколько едва ли возможно. Выдающийся теолог о. Александр Мень писал: "Те, кто хотят ограничить мир видимым, оказываются в странном положении наблюдателя, который, заманив в рентгенокабинет великого художника или мыслителя, говорит: да ничего в нем нет, посмотрите, позвоночник виден, ну череп виден, сердце бьется. Где же его гениальность, где его мысль, где его чувства? Да, все видно насквозь, но не видно главного. И не может быть увидено в принципе. Духовность не какое-то физическое поле (у нас любят злоупотреблять этим термином), которое якобы не улавливают наши приборы. Нет. Надо просто признать, что такова реальность, у нее два аспекта: видимый и невидимый". Божественная природа человека, "интерес и вкус к бесконечности", как называл это Томас Манн, понятие бога, идея сверхмогущественного, божественного существа, как называл её Карл Густав Юнг, - это "психологический факт", по словам первого, и "совершенно необходимая психологическая функция иррациональной природы", то есть архетип, по словам второго. Иными словами, это не просто неотъемлемая часть, это - сама основа, фундамент человеческой природы. Поэтому, чтобы понять истоки национального, надо чувствовать и видеть мир божественного.

5. Нуминозная сила - стержень идентичности народов
Всякий народ, как и всякая личность, имеет свой дух, свой характер и свою душу. Все идеологически обусловленные усилия свести сущность человека к его физиологии, а сущность нации к историческим и экономическим причинам, провалились слишком быстро, чтобы уделять им здесь особое внимание. Достаточно будет привести слова Ломоносова: "Не здраво рассудителен математик, ежели он хочет Божескую волю вымерять циркулем". Иррациональная, сверхъестественная, божественная, эзотерическая, недоступная рассудку природа бытия очевидна, вопрос лишь в терминах.

Источник всех величайших идей и открытий человечества лежит по ту сторону рационального мышления, в области нуминозного. Нуминозное - это не идея философов и теологов, а "живой" Бог, живая сверхъестественная сила, приходящая в наш мир, в мир каждого человека. Отличие только в том, что кто-то ощущает и признаёт, а кто-то не хочет обращать на это внимание. Сами же нуминозные ощущения, кроме тех ярких и редких моментов, когда они вторгаются в наше сознание, проистекают из того, что принято называть коллективным бессознательным, откуда человечество черпает всех своих богов и демонов, то, что вне зависимости друг от друга чувствуют, ощущают представители одной общности, одного народа. Это некий контент, связующий мир человека с миром иным, но где тоже существует духовная частица человека. Там же пребывают первоначальные образы, архетипы не только всей религиозной и мистической жизни, духовного творчества и интеллектуального прогресса человека, но и собственно прообразы его поведения и бытия, прототипы постоянно повторяющегося опыта человечества, которые доступны его познанию лишь в форме мифов и символов. И вот в этих архетипах, предрассудках, священных образах и священной связи с нуминозной силой, каждый народ обретает свою божественную уникальность, ибо у каждого народа эти образы имеют свой источник, живую связь и, соответственно, свою историю. Юнг относит архетипы к категории врождённых идей. Элиаде называет это приобщением к божественной сфере - нуминозным опытом. Обращённый на историю народа религиозный взгляд представляет эту историю воплощением услышанной Воли Богов и реализованной теми, кому она адресовалась. История с этой позиции есть воздействие нуминозной силы на личность и народ. Прошлое каждого народа наполнено сюжетами, отражающими этот факт. В самые судьбоносные периоды своей истории народ, его герои сталкивались с миром своих небесных покровителей.

Именно лейтмотив вмешательства нуминозной силы наполняет повествование Ветхого Завета - взаимоотношение Бога и еврейского народа. История евреев отражена через волю Бога в Священной еврейской книге, ставшей достоянием человечества. Пути Авраама, Иакова, Иосифа, Моисея, Аарона, Соломона, Давида, определивших историю еврейского народа, есть пути указанные нуминозной силой: "И говорил Бог Моисею, и сказал ему: Я Господь. Являлся Я Аврааму, Исааку и Иакову с именем "Бог Всемогущий"; а с именем Моим: "Господь"(Иегова) не открылся им. И Я поставил завет Мой с ними, чтобы дать им землю Ханаанскую, землю странствования их, в которой они странствовали" (Исход, гл. 6, 2-4). Пророки же древнего Израиля не давали евреям забыть о связи с их Богом. Эта божественная воля есть стержень еврейской идентичности, которая сохраняет свою актуальность и по сей день.

Однако разве другие народы выпадают из этой связи? Бог говорил только с евреями? Неужели народы познакомились с Богами лишь после знакомства с Ветхим Заветом? Конечно нет, наоборот именно фактором общения с богами, их вмешательством, оперируют древние мифы, эпосы, предания, сказания. Александр Мень об этом говорил так: "Так что же было вначале? Дикость, темнота, суеверия или нечто иное? Одна из школ этнографии (австрийская) исследовала формы первобытных верований среди людей, сохранивших быт доисторических времен. И почти во всех культурах обнаружилось представление о некоем едином высшем Начале... Казалось бы, примитивные люди, но примитивна у них лишь техника". Наоборот, эти технически отсталые народы демонстрируют удивительную и живую связь с некой нуминозной силой, к которой обращаются повседневно. И эти обращения имеют результат, что немало удивляет европейцев, утративших эту живую и осознанную связь. В некоторых странах Африки на футбольных матчах правилами официально запрещена магия и обращения к духам-покровителям.

Однако сегодня, исследуя религиозные представления народов, оставшихся вне мирового религиозного культа - христианства, ислама, тех, кто был обойдён в эпоху тотальной и насильственной христианизации или исламизации, исследователи-теологи обнаруживают удивительные вещи. Нуминозная сила, с которой общаются эти народы, имеет каждая свою уникальную идентификацию, связанную именно с данным народом. Бог Ветхого Завета и боги других народов - суть не одна и та же сила в разных ипостасях, как пытаются представить это экуменисты. В общем, такую постановку не отрицали и средневековые христианские теологи.

Каждый народ имеет в своём обосновании собственный договор с Богом или Богами. И это без труда можно обнаружить, если обратиться к европейским древностям. У Гомера боги суть главные персонажи его "Илиады" и "Одиссеи", даровавшие грекам своё покровительство:
Но наконец светлоокая так возгласила Афина:
"О всемогущий отец наш, Кронион, верховный владыко!
Ведаем мы совершенно, что сила твоя необорна;
Но милосердуем мы об ахеянах, доблестных воях,
Кои, судьбу их жестокую скоро исполнив, погибнут.
Все мы, однако, от брани воздержимся, если велишь ты;
Мы лишь советы внушим аргивянам, да храбрые мужи
В Трое погибнут не все под твоим сокрушительным гневом".

Герой-бог Один предстаёт источником жизненной силы скандинавов, а германский Вотан дал мощь германцам.

Небесные покровители наполняют самые главные эпизоды и недавней, живой истории современных народов, достаточно вспомнить Жанну Д'Арк.

Нуминозная сила была источником видений, что являлись шестнадцатилетней деревенской девушке Жанне д'Арк и сообщали ей, что она должна спасти Францию. Вот как передаёт один из эпизодов современник Жан Паскерель:

"На что Дева, как всегда ничуть не смущаясь, ответствовала ему: "Я пришла сюда, в королевскую палату (на территорию королевства), для того, чтобы говорить с Робером де Бодрикуром, дабы он отвел к королю или приказал своим людям отвести меня; но он не обратил внимания ни на меня, ни на мои слова; тем не менее, мне необходимо предстать перед королем в первой половине поста, пусть даже для этого я сотру себе ноги до колен; знайте, что никто - ни король, ни герцог, ни дочь шотландского короля, ни кто-либо другой - не сможет восстановить французское королевство; спасение может прийти только от меня, и, хотя я предпочла бы остаться с моей бедной матушкой и прясть, не в этом мое предназначение: я должна идти, и я сделаю это, ибо моему Господину угодно, чтобы я действовала таким образом" .
Озадаченный, он спросил у нее: "Но кто же твой Господин?" И Дева ответила: "Бог" .

Французы побеждали, когда среди войск появлялась Жанна д'Арк. Энергия нуминозной силы была настолько велика, что передалась целому народу, спасшему своё Отечество. Героиня утверждала, что "голоса" святых, которые якобы она слышала, призвали ее возглавить французские войска и изгнать англичан из страны. 1 >>

Древние греки говорили перед битвой, что она решает, не кто сильней, а на чьей стороне Боги. История Древней Греции - это, кроме войн, битв и союзов, еще и история обращения за советом к своим божествам. Ни одно значимое событие той эпохи не проходило без обращения греческих политиков через дельфийского оракула к своим богам. И многие ответы, которые давал оракул, дошли до наших дней, поражая нас своей прозорливостью. "Нет ничего превратнее мнения, будто миф есть "выдумка" . Скорее миф напоминает все прочие подлинные образы фантазии, явленные по большей части в сновидениях. Hybris (Гордыня, дерзость [греч.]) сознания состоит в том, что оно желает все вывести из примата сознательного, хотя само оно достоверным образом происходит из более древней бессознательной психики. Единство и длительность сознания - это недавние приобретения, и именно поэтому всегда есть страх их вновь утратить",- заключает Юнг. Поэтому, смею утверждать, что нуминозная сила - Воля Богов, является определяющей в национальной идентичности. Если идти от общего к частному, мы не можем не прийти к выводу, что и русский народ есть явление, рождённое своими Богами. Здесь уместно небольшое отступление, поясняющее, что я подразумеваю, когда использую определение Бог или определение Боги. Под понятием Боги я понимаю некую нуминозную силу, которая может выступать и как некое цельное явление, отвечающее понятию Бог, так и проявление ипостасей этой силы, которое может отвечать понятию Боги. В любом случае наши знания об этой силе не являются окончательными, и на мой взгляд оправдано употребление и понятия Бог ,и понятия Боги, в зависимости от контекста приложения этой силы в конкретном явлении, когда не хочется применять обезличенное понятии - нуминозное.

В эпосах, мифах и сказаниях народов мы находим фиксацию влияния нуминозной силы, созидающей нацию. Правда, в истории с русскими это сделать труднее, чем, например, с германцами, сохранившими свои "Сказания о Нибелунгах", или ирландцами, которые донесли до наших дней легенды о Кухулине, евреями, воплотившими этот опыт в Ветхий Завет. Здесь мы должны "благодарить" православие, пришедшее на Русь и узревшее в русском эпосе знания и связь с некой нуминозной внемирской силой - иной, нежели проповедуемая византийскими греками, основными "проводниками" православия на русской земле. В силу этих - понятных для византийцев - причин требовалось стереть из памяти всё, что возможно. И православие в лице своего клира очень и очень постаралось, в отличие от тех европейских монахов, записи которых и сохранили для народов Европы их священные истоки. Поэтому мы, русские, сегодня имеем дело с малыми осколками осознанных пояснений о заре своего национального начала. 2 >> Мы не знаем наших мифов и сказаний, утратили, забыли их - это вместилище древнего нуминозного опыта, поэтому нам сложно понять небесную иерархию покровителей нашего народа. Поэтому у нас нет полноты сведений о той нуминозной силе, которая была источником нашего национального рождения. Подобно тому, как запечатлён в мифах началом для еврейского народа Авраам, а римского - Ромул, как прародителем финнов был Ильмаринен, а армян - Гайк. Это были не просто физические прародители (да и были ли они таковыми), но персонажи, воплощавшие полученный импульс с небес и ведомые нуминозной силой - Волей Богов. В этих мифических персонажах отражён акт национального рождения, уникальность и избранность народа - ибо никогда национальный миф не повествует о себе как о побочном продукте божественного промысла, но только как о его исключительной цели, главной, центральной части его творения. Это непреложный факт любой этнической космогонии и в то же время отражение реалий в духовном мироустройстве народа.

Почему ещё так важны и невосполнимы эти древние свидетельства национального начала? Ответ в том, что на заре своего бытия народы острее ощущают свою связь со сверхъестественным миром подобное мы можем наблюдать на примере народов, оставшихся на той же стадии мироощущения, что и некогда предки всех народов, в том числе и наши предки,- малых северных народов, индейских племен, многих африканцев. Я бы не стал применять термин отсталые, так как их видение духовного мира потрясающе, о чём существует много свидетельств, в том числе действенная шаманская магия, ясновидение и другие убедительные и признанные примеры владения сверхъестественным. Учёные и исследователи, поселившись среди тех, кого принято было называть дикарями, с удивлением обнаружили там богатейшие и сложнейшие знания о духовном мире, неведомые для так называемого цивилизованного мира. Отец Мень в своей книге "Магизм и история", ссылаясь на Леви-Брюля, писал: "Для первобытного мышления не существует двух миров, соприкасающихся друг с другом, отличных, но вместе с тем связанных, более или менее проникающих друг в друга. Для первобытного мышления существует только один мир. Всякая действительность мистична, как и всякое действие, следовательно, мистичным является и всякое восприятие. Духи оказываются гениями-покровителями каждого клочка земли, имея в своей власти все явления природы, совершающиеся в данном месте, и все события в жизни людей, живущих в их пределах. Число их бесконечно. Они наполняют весь мир, и нет в природе силы или предмета, начиная от моря до комка земли на поле, которые бы не имели своего божества. Они охраняют холмы, рощи, реки, ключи, тропинки и хижины. Им известно каждое действие человека, все нужды и интересы местности, находящейся под их властью". То есть в далёком прошлом, там, откуда исходит наше национальное начало, оно соединялось с тем миром, который мы называем сверхъестественным, духовным, иррациональным, божественным. Этот небесный мир должен был быть своим, уникальным у каждого народа.

И все же, растеряв осознанные воспоминания, неужели мы, русские, потеряли всё? Если бы это было так, тогда и не было бы сейчас никакого русского народа и вообще не было бы народов, отражающих в своём эпосе свою уникальность, ибо мифы лишь отражают то, что присутствует. Другой вопрос, что мифы способствуют нашему самопознанию, помогают разобраться нашему сознанию в сверхъестественном мире наших Богов. Отняв историю, противоестественно и насильно разорвав связь с истоками, нам как бы выключили свет над тем миром, откуда мы пришли, и мы блуждаем в потёмках, не ведая об изначальной архитектуре нашего духовного МИРА. Однако нуминозная сила продолжает в нас жить, помещаясь в той области, которую называют областью подсознательного, подразумевая тот огромный мир, который представляет собой душа, связанная с миром божественного. Именно отсюда исходит всё то, что делает нас людьми, ибо сказано: Человек есть величайшее чудо на Земле. 3 >>

Читатель может возразить: как же так, на протяжении почти тысячи лет русской истории после принятия христианства, нет заметных свидетельств проявлений нуминозной силы дохристианского периода. На самом деле это глубочайшее заблуждение. Не учитываются несколько факторов. Во-первых, с принятием христианства произошел насильственный разрыв с традицией, когда зачастую уничтожались носители знаний, а вербализация, то есть словесное определение персоналий нуминозной силы - имена богов, мифы, а также поддерживающие эту связь действия-ритуалы подвергались запрету. Наверное, справедливо назвать весь этот период эпохой запрета, ибо источником его и двигателем была верховная власть, но никак не устремления нации. Однако это не значит, что нуминозная сила оставила нас. Она не может оставить нас, ибо это и есть духовный источник нации - в эпоху запрета для её обозначения стали применяться персоналии христианской традиции. Это известный и достаточно хорошо описанный феномен, когда этнические божества возвращаются в виде христианских святых, а древние ритуалы аранжируются под христианские праздники. Достаточно вспомнить рождественские колядки, масленицу, кликанье весны на Благовещение. Просто в условиях духовного подавления, запрета национальная иерофания использует и адаптирует доступные и разрешённые образы. Так при политической цензуре публицист использует эзопов язык. Подобное проявление не является чем-то исключительным, наоборот, именно в этом виде, подразумевая первообразы этнической нуминозной силы, зашифрованные в ритуалы и имена святых, христианство, в основном, и продолжает своё существование. Для того, что бы понять насколько национальный нуминозный эгрегор проявляется как таковой и отражает именно себя, а не используемый в качестве средства религиозный культ, достаточно сравнить христианское богослужение в церквах негритянских и белых жителей Америки. Христос африканцев и, к примеру, французов - это на самом деле две совсем разные силы, они наделены разной энергетикой и передают разные архетипы. Под образом Иисуса сокрыты реальные и близкие для этих народов божества, небесные силы. У христиан африканского происхождения это может быть то ли Мукаси, бог плодородия африканских племён ганда, то ли Ункулункулу, первопредок зулусов. Кто видел трансовые танцы и пляски африканцев во время якобы христианского богослужение, тот поймёт. Другой вопрос, что использование подобного эзопового языка и иной традиции в любом случае искажает информацию, не позволяет вникнуть в полноту её значения, отдаляет духовное прозрение, даёт возможности для манипуляции, чем в полной мере пользовалась власть в дореволюционной России и ныне пользуется в постсоветской.

Во-вторых, неправда, что у русских не было и нет проявлений древней иерофании. Наоборот, сейчас в России можно наблюдать массовое пробуждение национального Духа. Люди, воспитанные как бы в советской культуре с его интернационализмом, как бы в православии с его византийским глобализмом, ощущают в себе русский дух и стремятся к национальной иерофании. Об этом имеет смысл рассказать подробнее после того, как мы рассмотрим взаимосвязь истоков священного и национального, мира земного и духовного.


--------------------------------------------------------------------------------
1. Что характерно, католическая инквизиция признала источником "голосов" Жанны силы демонические. Об этой нуминозной силе, которая вела Жанну, есть смысл сказать ещё раз, чтобы определить её источник и ниже я ещё вернусь к этому.

2. Читатель должен понять, что я разделяю своё отношение к личности Христа и к религиозным институтам, возникшим на культе его имени. Иисус Христос, вне всякого сомнения, божественный посланник, однако следует различать учение Христа, информацию, переданную первыми апостолами, и интерпретации этого учения, воплощённые в бюрократическую форму в виде церковных институтов.

3. И уже в последнее время, в конце 90-х годов ХХ века, в научном обороте появилась "Велесова книга" - таблички, содержащие русские предания дохристианского периода русской истории, в которой повествуется, в частности, и о происхождении русских: "Сыновья же Богумира имели имена Сева, младший - Рус. От них идут северяне и русы". Мы еще вернемся к этой книге, используя отрывки из неё. Иногда это затруднительно, так как этот источник лишь недавно стал известен и доступен, и многие его отрывки ещё только нуждаются в осмыслении, не до конца прочтены и могут быть ошибочно истолкованы. Ведь эпические источники у других народов известны давно и в достаточной степени поняты. Кроме всего прочего, наши недруги всячески противятся процессу осмысления русскими своего национального истока.

ВЛАДИМИР КОРАБАНОВ
Дата опубликования: 16.10.2010


Понравилась статья?

Размести ссылку на нее у себя в блоге или отправь ее другу
http://analysisclub.ru/index.php?page=chna&art=2755"


Ключевые слова статьи "К РУССКОЙ ИДЕЕ " (раздел "Взаимоотношения РФ и КНР: вчера, сегодня, завтра"):

К РУССКОЙ ИДЕЕ

Семинары

ВЕСЕННЯЯ АКЦИЯ ШЭЛ


Предзаказ записей
семинаров


8 июля
МОСКВА
СТАЛЬНЫЕ ШПИЛЬКИ


9 июля
МОСКВА
СТАЛЬНЫЕ ЯЙЦА:
ТВОЕ ВТОРОЕ РОЖДЕНИЕ


26-31 августа
СМОЛЯЧКОВО(С-Петербург)
летний лагерь КЭЛ
ВОСХОЖДЕНИЕ В СИЛУ:
искусство быть везучим

30 последних статей
01.06.2014
Кто с кем и за что воюет на Украине?
22.02.2014
Лев Гумилёв и Министерство обороны СССР
30.01.2013
Карта дня: Антисемитизм в Германии «передаётся по наследству»
10.01.2013
"Шведская" семья идеальна для здоровья
26.11.2012
Берия
26.08.2012
Ваучер: 20-летие жёлтого билета
13.08.2012
Государство диктатуры люмпен-пролетариата
06.08.2012
Исповедь экономического убийцы
20.06.2012
К программе Нетократической Партии России
11.06.2012
Дело Тухачевского
15.05.2012
Скандинавский социализм глазами норвежца
23.04.2012
Речь Андреаса Брейвика на суде
30.01.2012
Измена 1941 года
28.12.2011
М. Делягин. Глобализация -16
27.12.2011
Постиндустриальное общество (выдержки из книги Иноземцева) №18
26.12.2011
Россия на перепутье – 14
25.12.2011
Первый после Бога
25.12.2011
Частные армии
25.12.2011
О философичности российского законодательства и неразберихе в умах
23.12.2011
Мифы совкового рока
23.12.2011
Аналитики о перспективах России
23.12.2011
Территориальные претензии Финляндии к России
22.12.2011
Марго и Мастеришка
22.12.2011
По следам маршей
22.12.2011
Смерть нации
22.12.2011
Война судного дня
21.12.2011
Новое Утро Магов
21.12.2011
М. Делягин. Глобализация -15
20.12.2011
Путин как лысая обезьяна
20.12.2011
Перес помогает антисемитам переписывать историю Холокоста


Аналитический Клуб - информационный анализ и управление
[информация, психология, PR, власть, управление]


Copyright © Евгений Гильбо 2004-2017
Copyright © Алексей Крылов 2004-2017
тех. служба проекта

time: 0.0145449638367